Сайт функционирует на базе автоматизированной системы «Типовой сайт комитета Государственной Думы Федерального собрания РФ».

Закрыть

Комитет Государственной Думы Федерального Собрания РФ по образованию и науке  |  



сегодня 19 января пятница

Председатель Комитета Вячеслав Алексеевич НИКОНОВ

Приветствую вас на web-сайте Комитета. Уверен, что сайт станет для вас оперативным источником информации о нашей деятельности...
Поиск по сайту

Детский туризм: проблемы организации. Круглый стол.

11.01.2018

ДЕТСКИЙ ТУРИЗМ: ПРОБЛЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ

Круглый стол

 

13 ноября 2017 года прошёл круглый стол, организованный Комитетом Государственной Думы по образованию и науке. Его тема: «Оптимизация государственного регулирования вопросов организации выездных мероприятий с обучающимися (туристско-краеведческой деятельности) — транспортное, медицинское обслуживание, обеспечение безопасности, финансовое и техническое обеспечение». Вела круглый стол заместитель председателя Комитета Лариса ТУТОВА. Выступили педагоги, организаторы детского туризма, представители министерств и ведомств. В проекте рекомендаций по итогам круглого стола Министерству образования и науки РФ предложено разработать регламент организации туристских походов, экскурсий и путешествий со школьниками и согласовать его со всеми заинтересованными участниками.

 

 

Лариса ТУТОВА

Заместитель председателя Комитета по образованию и науке Государственной Думы

Предмет нашего сегодняшнего разговора — детский туризм. Это экскурсионные программы, туристские и краеведческие мероприятия в рамках основных общеобразовательных и дополнительных образовательных программ.

Туристическая и краеведческая деятельность и учебные экскурсии имеют своей целью расширение кругозора наших учащихся, воспитание их в духе патриотизма, любви к природе, высокой морали, уважения к труду и к человеку труда. Когда ученик видит, слышит, осязает окружающий мир, он воспринимает его в более ярких, эмоциональных, насыщенных и запоминающихся образах. Это совершенно иное восприятие, нежели из учебников или учебных пособий во время урока.

Формирование экскурсионной деятельности в нашей стране связано с реформами образования. Именно в это время шёл спор между классическим и реальным образованием, полемизировали о том, нужны ли мероприятия, связанные с выходом на природу. Сторонники экскурсионной деятельности подчёркивали: чтобы развивать самостоятельность учащихся, надо обеспечивать связь обучения с практикой.

В начале XX века, что тоже связано с реформами образования, появляется такое явление, как городские экскурсии, и понятие «уроки-экскурсии». После Октябрьской революции наблюдается всплеск интереса к экскурсионному методу, и именно здесь на первое место выходит так называемая наглядность в преподавании предметов. Наиболее плодотворным явился период 1921–1926 годов. Именно в это время государство уделяет огромное внимание экскурсионной деятельности. В структуре Народного комиссариата просвещения были созданы три секции — школьная, внешкольная и художественная. Они и занимались подготовкой всех вопросов, связанных с экскурсионным движением. Были разработаны и регламенты. Например, в течение недели учащиеся должны были обязательно дважды совершить экскурсию, а в течение летних каникул надо было целый месяц посвятить экскурсионной деятельности.

В 1921 году появляются Центральный музейно-экскурсионный институт и Петроградский экскурсионный институт. Они занимались научными разработками по экскурсоведению.

После Великой Отечественной войны наблюдался всплеск экскурсионных поездок детей на сельскохозяйственное производство и промышленные предприятия. Такие экскурсии проводились с целью профориентации. Замечу, что это и сейчас актуально и востребовано. На начало перестройки приходится пик экскурсионных поездок. Ежегодно более 50 миллионов юных экскурсантов направлялись по самым разным маршрутам.

В настоящее время мы видим спад этой деятельности. Достаточно сказать, что с 2006 по 2016 год резко сократилась сеть учреждений дополнительного образования детей по направлениям туристско-краеведческой деятельности. Было 329 таких учреждений, осталось 177. А количество детей, которые занимаются в этих учреждениях, сократилось с 218 тысяч до 152 тысяч. Количество детей, принимающих участие в экскурсиях, с 2006 по 2016 год уменьшилось на миллион. Сократилось вдвое и количество детей, участвующих в походах. Я знаю, что каждый из вас сталкивается с множеством проблем при организации детского туризма, экскурсионных программ. Вот об этом и надо говорить: как оптимизировать регулирование организации выездных мероприятий, как решать вопросы, связанные с транспортом, с медицинским сопровождением, с обеспечением безопасности. Наконец, что делать для достаточного финансового и технического обеспечения детского туризма и экскурсионных программ.

 

Татьяна СИНЮГИНА

Заместитель министра образования и науки Российской Федерации

Не так давно мы с коллегами, с туристским активом Российской Федерации, собирались, чтобы обсудить основные направления, над которыми предстоит активно работать до начала туристского сезона.

Безусловно, мы все понимаем воспитательное значение туристско-краеведческой деятельности детей. Никого не надо убеждать, насколько это важно и нужно. Но Лариса Николаевна сказала в своём выступлении о сокращении численности учреждений туристской направленности, о сокращении количества участников этой работы.

Тут надо понимать, в каких реалиях мы сегодня существуем. И не учитывать эти обстоятельства, наверное, неразумно. Не совсем верно сравнивать ситуацию, в которой мы находились даже в начале 2000-х годов, с нынешним днём. Сравнивать, прежде всего, не по финансовым, кадровым ресурсам, а по тому, что с нашими детьми в настоящее время происходит. Не стану говорить об информатизации, о нагрузках в школе. Раньше этого тоже хватало. Но мы должны учитывать, что из детского восприятия, из самой системы, ушла активность и приверженность активному отдыху, которая существовала совсем недавно.

Надо честно сказать, что вернуть те позиции и результаты, о которых говорила Лариса Николаевна, у нас не получится, хотя мы должны действовать в этом направлении очень системно. Сокращение количества учреждений дополнительного образования туристско-экскурсионной направленности связано с серьёзной оптимизацией их деятельности. Профильные учреждения в большинстве случаев не ликвидированы, они объединились с многопрофильными. Направление осталось, но уже не как автономное, а в числе многопрофильных учреждений.

Каковы результаты объединения, насколько оно эффективно и правильно? Здесь нужно оценивать каждый конкретный случай, исходя из того, что было, и что после объединения получила система, конкретное учреждение и дети. Наша позиция такова. Прежде чем вынести решение на уровне субъекта Федерации об объединении профильного учреждения туристско-краеведческой направленности с каким-либо другим учреждением, нужно взвесить все за и против, очень чётко оценить последствия объединения, и самое главное, не допустить сокращения количества детей, которые в этих учреждениях занимаются.

Мы будем просить в субъектах Федерации, что при решении о необходимости объединения, перепрофилирования учреждений туристско-краеведческой направленности такое решение будет с нами обсуждаться, и мы вместе подумаем о целесообразности объединений.

За прошедший период сократилась численность детей, которые занимаются в кружках и объединениях. Сокращение это произошло, на наш взгляд, по объективным причинам. И они никоим образом не связаны с действующей нормативной базой или её отсутствием. Объективность ситуации, прежде всего, в том, что у нас значительно сократилось количество педагогов, которые занимаются организацией детского туризма. По сути, не осталось очень важного направления по обеспечению безопасности и подготовки экскурсий. Поэтому наш Федеральный центр детско-юношеского туризма и краеведения становится методическим центром, который будет оказывать помощь и поддержку. Мы наметили ряд мероприятий с субъектами Федерации, с региональными центрами и учреждениями дополнительного образования туристской направленности по развитию этого направления.

Определяющими являются несколько позиций. Первая — это доступность дополнительного образования. Вторая — массовость. Наконец, кадровое обеспечение и безопасность.

Остановлюсь на безопасности. Одним из сдерживающих факторов для родителей является, безусловно, безопасность ребёнка, когда он выходит на маршрут. И для нас это тоже очень важно. Поэтому мы понимаем, что, помимо нормативно-правового регулирования этих вопросов, должно быть очень чёткое понимание того, кто эти нормы на местах, в субъектах и в муниципалитетах, будет выполнять. Что надо сделать для этого в существующем правовом поле? Думаю, возродить нормальную работу маршрутно-квалификационных комиссий, которые сегодня в большинстве своём или существуют только на бумаге, или действуют формально. Необходимо повышать квалификацию и уровень специалистов, которые на этом направлении работают. Очень важен неформальный подход, когда мы говорим об обеспечении технической безопасности пребывания наших детей на маршрутах.

На заседании Национального координационного совета по детско-юношескому туризму, которое проходило у нас не так давно, коллеги поднимали вопрос медицинского обслуживания, сохранения жизни и здоровья детей. Это тоже одно из самых важных направлений. И мы сегодня с коллегами находимся в стадии выработки тех предложений, которые, на наш взгляд, позволят этот процесс запустить.

 

Семён ПЛАКСИН

Начальник отдела организации санитарного надзора по гигиене детей и подростков Роспотребнадзора

Для нас важно проведение мероприятий не только в палаточных туристских лагерях — стационарных, передвижных и так далее, но и походов, экскурсий различной направленности. Мы отмечаем увеличение таких мероприятий, особенно в каникулярный период. По нашим данным, в этом году прошло более 15 тысяч массовых мероприятий, в которых участвовало около 900 тысяч детей. Сюда вошло более 5,5 тысяч мероприятий культурно-творческой направленности с охватом порядка 330 тысяч детей. Состоялось около 5 тысяч мероприятий спортивной направленности, где участвовало 340 тысяч школьников. Прошло около 1300 походов с участием 42 тысяч детей и 3400 мероприятий иной направленности, где участвовало ещё около 150 тысяч детей.

Для нас важными были и поездки организованных групп детей за рубеж. По нашим оценкам, за границей в составе 162 организованных групп отдохнуло около 10 тысяч детей из 49 субъектов Федерации. В зарубежные страны выезжали около 6 тысяч детей в составе 68 организованных групп в рамках оздоровления. Более двух тысяч детей в составе 36 групп посетили спортивно-тренировочные сборы и мероприятия. Около тысячи детей съездили на различные творческие мероприятия и фестивали. Кроме того, около 400 детей побывали за рубежом на образовательных маршрутах и более 150 — в рамках обмена делегациями. Я не буду на этом останавливаться, статистику уже озвучили.

По палаточным лагерям, действительно, мы имеем динамику снижения по количеству и лагерей, и детей, которые там отдыхают. При подготовке к сезону в ходе надзорных мероприятий было выявлено пять лагерей, которые не вошли в региональный реестр, соответственно, не предоставили уведомлений о работе и открылись без разрешения. Наши специалисты не допустили эти лагеря к открытию. Кроме того, они в регионах обследовали более 450 гостиниц, где проживают дети, и более тысячи объектов питания.

В ходе проверок было выявлено более 3 тысяч нарушений требований санитарного законодательства по защите прав потребителей. Основные нарушения — в организации питания детей. На их долю пришлось около 40 процентов. Ещё примерно 35 процентов — нарушения санитарного режима, 14 процентов — условий размещения детей, 6 процентов — нарушения в организации водоснабжения. Ещё несколько нарушений — в материально-техническом состоянии и оборудовании лагерей.

Большой объём проверок вёлся лабораторным обследованием, с проведением инструментального контроля организации питания, водоснабжения и размещения, а также зон рекреации. Было отобрано более 3,5 тысячи проб воды из водоёмов, из центральной системы водоснабжения. Исследовались атмосферный воздух, готовая продукция питания и продукты.

К сожалению, в ходе надзорных мероприятий мы были вынуждены составлять протоколы за нарушение требований санитарного законодательства. Всего было составлено таких протоколов 834, и общая сумма административных штрафов в этом году составила более 13,5 миллиона рублей. От работы было отстранено 10 сотрудников палаточных лагерей.

 

Дмитрий МОРОЗОВ

Председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья

Всё, что мы обсуждаем, говоря сухим языком, это вопросы межведомственного взаимодействия. По большому счёту, можно прямо над нашим круглым столом вывесить фотографии семи нянек, которые следят за ребёночком. А наша задача, чтобы он не остался без глаза. Это, как вы понимаете, всегда очень сложно, потому что в условиях разделения ответственности мы как раз и имеем все проблемы.

Не только сегодня, но и вообще на подобного рода мероприятиях я слышу глаголы с возвратной частичкой «сь». Там прекратилось, там сократилось. А ведь не само оно прекратилось. Это мы сократили и прекратили. Каждый раз нужно понимать, чья это ответственность. Поэтому я уверен, что сегодняшний разговор, когда коллеги поделятся своими мыслями как практики, чрезвычайно важен. Это будет и основой совершенствования нормативно-правовой базы.

Я взял только самые главные документы, нормативные акты, приказы разных ведомств и министерств. Первое, на что обращаешь внимание, — их несогласованность. Соответствовать всем этим нормативным документам в реальной жизни не просто сложно, а невозможно. Глубоко убеждён, что мы должны выходить на очень простые, малостраничные документы, в которых обозначена основа дела. Иначе мы получаем проблемы с точки зрения законодательства, например, в здравоохранении.

Стоит задача обеспечить медицинскую помощь экскурсантам вне медицинской организации. Это само по себе противоречит 323-му закону «Об основах охраны здоровья граждан». Там речь идёт о том, что обеспечение медицинской деятельности вне медицинских организаций возможно в машине скорой помощи, на этапах медицинской эвакуации. А как помочь ребёнку в палаточном лагере или в дневном лагере, который организован в школе?

Мы проводили парламентские слушания, касающиеся вопросов, условно говоря, школьной медицины. Разбираясь с этой проблематикой, обратили внимание на невозможность реализации нормальных условий только потому, что нет гармонии между законами «Об образовании…» и «Об основах охраны здоровья граждан». Прописана, на мой взгляд, избыточная ответственность в части обеспечения здоровья детей, которую система образования просто не может на себя взять. Это с одной стороны. С другой стороны, избыточная регламентация со стороны здравоохранения, о которой я говорил.

Посмотрите на огромный перечень детских медицинских организаций, детских лагерей, различных экскурсионных групп! Везде разные условия работы. Надо прибавить ещё сезонные и климатические факторы. Как это всё регламентировать?

Недавно на заседании нашего Комитета мы сделали анализ медицинского обеспечения детского отдыха. В законе это называется оздоровлением. Но оздоровление — это не обеспечение медицинской помощью. Это создание таких условий, когда ребёнок получает всё, что дают солнце, воздух, вода, хорошее питание.

Мы проверяли работу летних лагерей, и многое вызывало просто изумление, начиная с лицензирования. Например, у лагеря для подростков лицензия по педиатрии, а в оборудовании — весы для новорождённых, которые буквально закатаны в перечень лицензии. В наших силах прекратить такую глупость и безобразие? Весы для новорождённых стоят 26 тысяч рублей. Кого взвешивать собрались? В другой лагерь каждый год приходят представители надзорных органов и составляют акты об отсутствии спасательной шлюпки, грозят штрафами. И каждый год, словно впервые, узнают, что в этом лагере нет водоёма и тонуть тут просто негде.

Ещё пример. Директор лагеря много лет закупает хорошие свежие продукты у соседнего фермера. Нельзя, говорят. Проводят конкурс на поставки, и побеждает фермер, у которого продукты не такого хорошего качества, но на три копейки дешевле. Теперь надо ездить к нему на другой конец района и жечь дорогое горючее.

Может, я излишне эмоционален, но как прикажете относиться к такому регламентированию?

Вернёмся к медицинскому обеспечению. Оно касается контроля физической культуры, формирования групп здоровья и много чего другого, но имеет решение всего лишь в присутствии медицинского работника в лагере. Так возьмите такого работника в штат либо заключите сезонный договор.

Я тридцать лет в медицине и знаю, как мои коллеги берут летом отпуск, чтобы поехать с ребёнком на море и устраиваются врачами в лагеря. Такая практика есть повсеместно. Другое дело, когда едешь с детьми куда-нибудь на волжский остров. Если ребёнка укусит змея, что делать? Тут и лодка нужна, и связь с берегом, чтобы скорая подъехала вовремя. Регламентирующих документов много, но они не могут предусмотреть всего, что случается в реальной жизни.

Возьмём хотя бы 363-й приказ Министерства здравоохранения 2012 года «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи несовершеннолетним в период оздоровления». Всё прописано, но положения документа не распространяются на палаточный лагерь. Врач по приказу возглавляет медицинский пункт с кабинетом врача и изолятором. В палаточном лагере, понятно, такого пункта нет. Врач должен уведомить об определённых инфекционных заболеваниях. Нет врача — нет уведомлений. Между тем уведомление, как полагают наши чиновники, — основная процедура организации отдыха.

Рекомендации по профилактике детского травматизма, обращаю внимание, коллеги, приняты в 1982 году. Это при наличии нескольких НИИ травматологии и ортопедии, кафедры детской хирургии и всего остального?

Наша задача — всем вместе прописать сквозной единый приказ. И то же самое касается школьной медицины. Не должен человек всё время искать нормативную базу, на какую ему ссылаться и, самое главное, определять главенство этих документов. Мол, здесь я поступаю по 323-му закону, а здесь — как сказано в Законе «Об образовании...». Знаете, кто «создаёт условия для оздоровления», а потом «считает несчастные случаи и делает анализ»? Педагог. А что делает в это время доктор? Он только бинт накладывает?

В законодательных актах написано: «К туристическому маршруту допускаются только здоровые дети». Это кто? Не имеющие острых заболеваний или, как там написано, туберкулёза в открытой форме? Или эпилепсии с часто повторяющимися приступами. А часто — это сколько? У нас половина детишек имеют астматические синдромы. Что с ними делать?

Поэтому, убеждён, нужен сквозной единый приказ. Нужны чёткие должностные инструкции. Нужна договорённость в уведомительном листе родителей, где прописано, на каких условиях они передают своего ребёночка нам, и где определены наши полномочия. Иначе семь нянек так и будут организовывать отдых детей.

(Аплодисменты).

 

Виктор ОМЕЛЬЧЕНКО

Заместитель директора Федерального центра детско-юношеского туризма

К сожалению, сегодня развитию детского туризма препятствует ряд системных проблем. И первая из них, на которой я остановлюсь, это запутанность и противоречивость подхода к пониманию самой сути туризма в целом и детского туризма в частности.

Остановлюсь преимущественно на вопросах активного туризма. Потому что активный и экскурсионный туризм имеют разные предметы регулирования.

В Российской Федерации регламентация активного туризма отражена в нормативных документах в сфере спорта, образования и туристских услуг, причём именно в такой последовательности. Это связано с тем, что наиболее распространённой формой активного туризма является поход, который может выступать и как одна из форм оказания туристской услуги, и как одна из форм осуществления спортивной и образовательной деятельности при реализации программ в области отдыха и оздоровления. То есть поход — это не услуга, это форма.

А каким будет её наполнение, зависит от того, какую деятельность мы осуществляем. Это первая проблема. В частности, в области спорта традиционно понимается спортивный туризм, который имеет 70-летнюю историю и регламентируется соответствующими правилами и регламентами. Это очень чёткий документ, где выделяются несколько этапов: подготовки маршрута, заполнения маршрутных документов, этап согласования с маршрутно-квалификационной комиссией. То есть в системе спортивного туризма предусмотрены достаточно чёткие и жёсткие требования к регламентации, выработанные десятилетиями туристских походов.

Ещё развивается туристско-краеведческая направленность в системе дополнительного образования. При организации походов применяются либо нормативные документы в сфере спорта, либо нормативные документы ведомственные, разработанные в начале 1990-х годов. И это позволяет системе образования в этом плане быть достаточно урегулированной.

А вот в отдыхе и оздоровлении проблем несколько больше, потому что специфической нормативно-правовой базы здесь нет. Организация отдыха и оздоровления регламентируется актами либо в сфере спорта, либо образования, либо туристских услуг. Причём туристские услуги — самая неурегулированная часть организации походной деятельности с детьми. Не случайно трагедия с детьми на Сямозере произошла именно в этом сегменте организации походов.

К сожалению, сейчас ситуация стала ещё хуже и запутаннее, что во многом связано с принятием 465-го федерального закона.

Поясню на примере. Согласно этому закону, в 132-й закон внесены изменения, согласно которым федеральный орган, а именно Минкульт России, устанавливает общие требования к туристским маршрутам для прохождения организованными группами детей и порядку организации их прохождения детьми, находящимися в организациях отдыха детей и их оздоровления, либо являющимися членами организованной группы туристов.

Первое противоречие данной статьи заключается в том, что частица «либо» здесь неприемлема, потому что дети, находящиеся в организациях отдыха и оздоровления детей и идущие в поход, уже туристы.

Следующее противоречие. Сферой 132-го закона является не туризм как социальное явление в целом, а непосредственно туристская деятельность, туристские услуги, которые являются лишь частью туризма. Туризм — это межотраслевое явление. Если ребёнок уехал на лечение в санаторий, то оно регламентируется, в первую очередь, законодательством о здравоохранении. Перемещение организованных групп детей в природной среде на соревнованиях регламентируется законом о спорте. А детский туризм?

Остановимся на одном термине — «туристский маршрут». Его законодательство трактует как путь следования туристов. Но в условиях даже одного похода путей может быть несколько — в зависимости от времени года, целей, состава группы, климатических условий. И когда в каком-то регионе разработано пять новых туристских маршрутов, это надо перевести на язык закона. Получится, разработано пять новых путей передвижения.

В настоящее время внесены два законопроекта, которые могут ещё больше запутать ситуацию. Один предусматривает наделение органов исполнительной власти в сфере отдыха и оздоровления детей правом утверждать списки рекомендуемых туристских маршрутов. Заметьте, в одном случае вопрос туристских маршрутов регламентируется 132-м законом, в другом случае предлагается 124-й. Опять противоречие. Специалисты в области активного туризма скажут: не бывает одинакового маршрута в зависимости от климатических условий, сезона, погоды. Рекомендуемый сегодня маршрут может быть нерекомендуемым завтра. И здесь возрастает роль квалификационной комиссии как экспертного органа. Нельзя утвердить маршрут, не являясь высококвалифицированным специалистом именно в этой области, иначе возникнут серьёзные риски для безопасности детей.

Может быть, стоит подумать о возвращении бытовавшего в советский период понятия «плановый маршрут»? Плановый — как объект инфраструктуры, чего мы не видим сегодня в программе развития внутреннего туризма. Речь идёт об инфраструктуре троп, инфраструктуре стоянок. И это из сферы безопасности. Так называемые национальные тропы активно развиваются в Европе, в тех же США, но у нас пока это остаётся за предметами регулирования.

Следующий законопроект ещё более интересен. Предлагается внести в 132-ФЗ понятие «экстремальный туризм». При этом туризмом пытаются назвать то, что таковым не является: виндсерфинг, дайвинг, рафтинг, скалолазание. Подобные услуги могут оказываться любому человеку, а не только туристу. В Европе большинство путешествующих по горным маршрутам являются местными жителями — это форма оздоровления. Полагаю, наш законопроект может ещё более запутать ситуацию. А такая запутанность в законодательстве на федеральном уровне ведёт к запутанности в ведомственных документах.

В августе 2017 года Минюст России зарегистрировал 511-й приказ Минкульта, устанавливающий общие требования к туристским маршрутам с участием организованных групп детей, которые, напомню, согласно одному из законопроектов, должны утверждать органы в сфере отдыха и оздоровления. Учитывая, что документ ведомственный, в первой статье данного приказа сразу указано, что он распространяется только на туроператоров и турагентов. Почему так? Потому что сфера применения в целом данного закона — это сфера туристских услуг. Мне уже звонили несколько директоров региональных центров детско-юношеского туризма. Оказывается, надзорные органы их уже «обрадовали»: готовьтесь, весной будем требовать от вас инструкторов-проводников. Но нет таких инструкторов в системе образования — здесь педагоги. А в системе спорта — тренеры.

Непонимание, прямо скажем, простых вещей на региональном уровне способно весной опять привести к хаотизации работы. Причём в системе образования и в системе спорта нынешние требования к педагогам и к тренерам гораздо жёстче, чем те, которые предлагается ввести в закон об основах туристской деятельности.

И здесь мы подошли ещё к одной злободневной проблеме — региональное видение регулирующих документов. Это противоречие на противоречии! Дмитрий Анатольевич Морозов говорил о первой помощи. В «Санитарно-эпидемиологических правилах и нормативах» применительно к палаточным лагерям употребляется термин «первая медицинская помощь». Причём эти правила приняты после закона о здравоохранении, а закон чётко разделяет: есть первая помощь, и есть медицинская помощь, частью которой является первичная медико-санитарная помощь. Так какой документ имеет в виду Роспотребнадзор, когда говорит о первой медицинской помощи?

Отдельно о перевозке детей автобусами. И здесь противоречие на противоречии. Зимой дети из Минска замерзали в городе Вязьма несколько часов. Им никто не дал автобус, потому что по регламенту на это должно уйти двое суток. Вызывали автобус из Беларуси. На моей памяти два сотрудника МВД дискутировали, что же подразумевает под собой порядок посадки детей в автобус, требуемый при организованной перевозке. Один говорил о том, что это порядок рассадки. Кто где сидит. А другой говорил: кто за кем сидит.

Есть судебный прецедент, когда были признаны неправомочными действия Роспотребнадзора, который предлагал распространить требования СанПиН к палаточным лагерям на мероприятие, которое таковым не является. Невольно возникает вопрос: может, вообще запретить активный туризм и уйти в одни экскурсии? Но этого делать категорически нельзя. Потому что активный туризм — это один из наиболее эффективных инструментов воспитания подрастающего поколения, причём воспитания человека-созидателя, в отличие от идеологии 1990-х, когда мы говорили о человеке-потребителе.

Россия огромная страна, и для многих её жителей нахождение в природной среде — не развлечение, а необходимость. Не умеющий ладить с природной средой житель Камчатки подвергает себя бóльшим рискам, нежели умеющий это делать.

Есть одно направление в активном туризме, поддерживаемое МЧС. Это «Школа безопасности». Сам смысл активного детского туризма заключается в умении правильно и безопасно находиться в природной среде. Сворачивание активного детского туризма идёт параллельно с ростом популярности таких экстремальных явлений, как руферство, лазание по крышам, зацепинг. Дети, которые не пошли в активный туризм, не пойдут на курсы кройки и шитья. Они уйдут в эти неконтролируемые сферы. А там большая степень риска и большая степень опасности.

Наша общая задача — сохранить и приумножить то, что уже 100 лет развивается. В будущем году исполняется 100 лет детскому туризму.

 

Юрий КОНСТАНТИНОВ

Президент Международной академии детско-юношеского туризма и краеведения

Хочу остановиться на нескольких моментах, так как в составе координационного совета я занимаюсь нормативно-правовой базой. В начале 1990-х годов вся нормативная база по детскому туризму и туристско-краеведческой деятельности была создана усилиями Федерального центра детско-юношеского туризма, и до сих пор не отменена. Самое интересное — 25 лет она действует. И позволила за эти годы добиться настоящей безопасности в организованном туризме системы образования.

Сегодня есть инструкция об организации походов и путешествий с учащимися по территории России. Она действует хорошо. Потому что первая такая инструкция была создана в 1952 году. И каждые 20 лет она в системе образования обновлялась. А сейчас нормативная база становится, мягко говоря, преградой на пути педагога. Для того чтобы сводить детей в многодневный поход, педагог должен собрать более 50 документов. Причём документов, ограничивающих всех и во всём. Мы ещё помним, как каждую субботу или воскресенье все московские вокзалы были забиты детьми с рюкзаками. Поход по Подмосковью — что может быть интереснее! За последние полгода я видел только одну детскую группу, которая ехала в поход.

Но ведь спортивные походы — это маленькая часть активного детского туризма. Самое главное, чтобы, обучаясь в школе, дети хотя бы на один день сходили в поход, выехали на экскурсию. А действующие документы ограничивают учителя. Надо, чтобы новые документы, которые сейчас будем готовить, работали на школу. Центры детского туризма занимаются походами и экскурсиями, а в школе этого нет.

Мы подготовили правила организации и проведения путешествий с организованными группами несовершеннолетних по территории Российской Федерации. Над ними работали все директора центров и станций юных туристов. Прошло множество обсуждений. Документы направили в Министерство образования и Министерство культуры. Не получили ни единого ответа. Это было, повторюсь, три года назад. В нынешнем году снова обратились, в министерствах образования и культуры сказали, что готовы работать с этим документом.

Я вижу, что в наших рекомендациях записано: «Министерству образования рассмотреть документ». Но документ должно рассмотреть не Министерство образования. Это межведомственный документ. Все несчастные случаи, которые происходят в походах и на экскурсиях, находятся вне нормативного поля образования. Это коммерческие проекты, и ведут их коммерческие структуры. А детским туризмом занимаются сейчас и церковь, и МЧС, и Минобороны. Значит, должен быть межведомственный документ.

Его надо утверждать на уровне правительства, и тогда мы снимаем много очень вопросов. И Минздрав будет работать в рамках документа. В его проекте расписано всё: организация экскурсий, организация прогулок, потому что это тоже вид детской туристской деятельности. Это основной документ, и есть много сопутствующих. Об отчётности по проведённым походам и путешествиям, например. Мне стыдно, когда я должен детям говорить: собирайте в универсаме квитанции и чеки. Ведь чтобы отчитаться за то, что деньги потрачены на детей, по нынешним требованиям, я должен предъявлять такие квитанции.

Мы ставим вопрос так: если бюджет выделил средства на организацию детского мероприятия, то руководитель отчитывается за бюджетные ассигнования перед государством, а дальше — перед родителями, которые выделяют деньги для детей. А по форме отчётности руководитель и родители всегда сумеют договориться.

Много документов, которые надо пересматривать. Ведь каждое министерство и ведомство считает, что у него семь пядей во лбу и оно может всё предусмотреть. Поэтому намного сложнее отменить уже принятый документ, чем принять участие в разработке на стадии его подготовки. В этом году утверждено положение о палаточном лагере, где записано: надо иметь специальное разрешение, в скобочках — лицензию, на его организацию. Надо ли школе, у которой в уставе и так записано «дополнительное образование», получать лицензию, чтобы открыть лагерь? Если здесь не изменить ситуацию, то летом получим закрытие школьных лагерей.

Вот наше предложение: когда готовятся подобные документы, надо привлекать профессионалов, которые видят все подводные камни.

 

Галина СТЕПАНОВА

Директор республиканского Центра детского и юношеского туризма Республики Карелия

Мне пришлось в прошлом году, к сожалению, быть тем самым кризисным менеджером, который закрывал проблемный лагерь на Сямозере, который здесь неоднократно упоминался. Всё там случилось в результате межведомственной пустоты. Коммерсанты применяли наши технологии. Как директор государственного учреждения я на протяжении тридцати лет применяю такие технологии организации образовательного спортивного туризма на водных объектах. А у нас их очень много в Карелии. В то же время организаторы лагеря не имели никакой лицензии, ни в каком реестре не стояли. Вот этот вакуум, межведомственная пустота создали страшную ситуацию.

К сожалению, наши государственные структуры перепугались этого прошлогоднего случая. И сделали выводы. Межведомственная комиссия в этом году издала приказ об организации всех лагерей на основании актов, то есть только в том районе, где собираются открыть лагерь. Только по этим актам должна приниматься лагерная программа. Межведомственная комиссия создала акт на 11 листах, где освещено 200 вопросов. Я теперь должна написать, как кварцую территорию, на которой дети проживают, какие у меня шкафчики, какие условия для санитарной обработки посуды и санитарной обработки сотрудников. Хочется спросить: дети тогда утонули, потому что их не кварцевали?

А мы работали всегда в советское время и теперь работаем по маршрутным книжкам МЧС, по ученическим и учрежденческим документам, необходимым для того, чтобы группа пошла в поход.

Нас в этом году контролирует даже статистика. Она порекомендовала, например, правильное количество педагогов на лагерь. Мне предложили показать пляжи на маршруте. Это на реках в Карелии. То есть ситуация настолько обострилась, что каждый говорит: я не хочу сидеть за чужой лагерь. А полицейские довольны. Один мне прямо сказал: вы нам такой бальзам на душу пролили, когда в приказе написали, что руководитель похода отвечает за жизнь и здоровье детей.

С таким бальзамом в этом году в лагерях Карелии отдохнуло самое минимальное количество детей за всю нашу историю. Но появился и положительный момент. Ещё я много лет являюсь председателем Маршрутно-квалификационной комиссии (и взрослой, и детской одновременно). Все знают, что нужно выходить на маршруты с оформленными документами. Ко мне после трагедии на Сямозере стали приходить все коммерческие структуры и только после этого выпускаться на маршруты. До этого я двадцать пять лет пыталась работать с коммерческими структурами, чтобы они оформляли документы правильно, потому что работают в активной среде. Ведь есть маршруты с порогами. Но они никогда не заявлялись на такие маршруты. А проводники были просто инструкторами выходного дня. Отсюда и трагедия на Сямозере. Теперь ситуация меняется.

Но педагогов моих, которые работают с детьми, иногда просто не пускают в школы. Даже если мы договорились провести массовый поход выходного дня со сдачей норм ГТО, директор накануне звонит: «Галина Ивановна, я вас не пущу на порог. Мне запретила администрация района». Чиновники стараются прикрыть только себя. Они прямо говорят: мы учились на то, чтобы вас контролировать.

О нормативной базе. Мы работаем по инструкции 1992 года, она всех устраивает. Даже когда меня вызывали в Следственный комитет, я привозила наши документы, и они правоохранителей устраивают. Более того, они советовали вносить в регламенты наши предложения, чтобы они стали узаконенными для всех. То есть основная наша задача — сконцентрировать все наработки, чтобы они были узаконены и действовали не только в государственных образовательных учреждениях, но и в коммерческих структурах, которые занимаются детским туризмом. Иначе разобщённость погубит. Единая нормативная база крайне нужна.

 

Константин МЕРЖОЕВ

Директор Центра туризма и экскурсий Краснодарского края

Наша основная проблема — кадровая. Мы сломали советскую систему, и я не понимаю, почему не взять из неё полностью всю законодательную базу о туризме. Раньше была одна структура, которая занималась всеми этими делами: профсоюзы, которые отвечали за всё и всё решали. Туда входили плановые дела и самодеятельные. Очень правильно говорили, что должно быть разделение планового туризма и самодеятельного. Но всем этим занимались подготовленные кадры.

Их сегодня нужно готовить. Если брать Краснодарский край, то мы над этим работаем давно и довольно плодотворно. Сегодня мы сняли, так сказать, кадровый голод на инструкторов и проводников в половине школ. А у нас их 1200 с лишним плюс образовательные учреждения — всего полторы тысячи. Около 700 с лишним человек сегодня работают на территориях муниципальных образований. И работаем во многом мы по той системе детско-юношеского туризма, которая была утверждена в советские времена.

Ответственно могу сказать, что это очень жёсткие правила, которых сегодня нет ни в одной сфере. Но почему-то нас всё время тычут носом, когда нарушают правила люди, которые не должны заниматься детским туризмом. Это они очень часто, грубо говоря, запихивают детей в лодки и банально зарабатывают деньги. А специалистам говорят: нет, ты не имеешь права работать инструктором по таким и таким пунктам.

Я давно работаю как чиновник и могу сказать одно: чем больше мы регулируем систему, тем больше людей уходит в тень. Теперь вопрос: если образовательной организации давать лицензию на образовательную деятельность, то имеет ли она право готовить туристские кадры? Имею в виду преподавательский состав. Любой техникум, любое училище, институт могут, в принципе, выпускать инструктора, проводника, потому что у них это есть в лицензии. Но вот этого категорически делать нельзя! Почему? Потому что специалистам не могут преподавать неспециалисты.

А специалисты, чаще всего, сидят у нас в таких местах, как Федерация спортивного туризма. Плюс ведомственные организации, которые давно занимаются туризмом, которые брали полномочия на все дела и ведут давно эту деятельность.

Таких специалистов надо собирать и готовить. В советское время существовали институты повышения квалификации туризма. Их было, если не ошибаюсь, около десятка по всей стране. Они были по регионам закреплены, районированы. И у нас в Краснодаре была такая структура. Сейчас даже здания не сохранилось.

Так вот, к нам съезжались со всех южных регионов. Специалистов готовили, начиная от экскурсоводов и заканчивая инструкторами и проводниками. Эту единую систему нужно, с моей точки зрения, быстрее восстановить, потому что, если будет каждый заниматься, чем хочет, то нормального детского туризма не получится. И как бы мы ни пытались всё регулировать, это будет бесполезно.

Роль образовательных организаций в развитии детского туризма сокращается. Потому что на местах, в районных центрах им многое запрещают. Не потому что такие запреты законны, а просто потому, чтобы не было лишней головной боли. Доходит до абсурда. Не все педагоги борцы, вот в чём вопрос. Да в принципе школьный учитель, который занимается экскурсиями, и не должен быть бойцом. Он не должен знать миллион законов, постановлений и всего остального. Он должен работать, воспитывать детей.

Мы проводим экспедиции с детьми. Два месяца экспедиция идёт, наша «Кубанская кругосветка» с элементами третьей и четвёртой категории сложности. Если бы видели этих детей до экспедиции и после! Их родители не узнают. У меня были проблемные дети. Один отец привёл сына и говорит: не знаю, что с ним делать. А через два месяца, после кругосветки, сказал: я даже не представлял, что возможны такие изменения. Я говорю не только о выработке характера, об укреплении здоровья — дети в таких походах открывают целый мир, становятся гражданами своего края и своей земли.

И ещё один аспект. Спортсмены первого разряда, кандидаты в мастера спорта в спортивном туризме, это всё люди, которые могут служить в спецподразделениях. Такие люди могут выживать в любых условиях. У нас был один трагический случай. В горах погиб офицер, просто замёрз. То есть воевать умел, а выживать — нет. Теперь вы должны понимать, насколько важен туризм. Мы начинаем воспитывать сильных людей. Сильных и телом, и духом.

У нас никогда не будет заниматься тот, кто сидит часами за гаджетами. Это не его дело. Но дети, которые занимаются туризмом, потом будут поддерживать обороноспособность страны. Связь тут самая прямая. И если взглянуть на проблему под таким углом, то можно прямо заявить: детский туризм — дело государственной важности. Кроме того, давайте вспомним, что в нашей большой стране случаются с регулярной периодичностью то наводнения, то смерчи, то пожары. В спасательных и поисковых операциях всегда участвуют подготовленные люди. Подготовленные где? Не только в казармах и специальных лагерях. Путь в спасатели для некоторых начинался с детского туристского маршрута. И чем больше будет подготовленных, закалённых людей, тем лучше. И для детей, и для общества. Вообще, подготовку здорового поколения в нашей стране надо ставить на поток. На стадионах, на лыжне, на спортплощадках. И на туристском маршруте тоже!

В будущем году, как здесь уже говорили, исполняется сто лет дополнительного образования. А началось оно, напомню, с организации туристского бюро.

 

Анатолий БАКАЕВ

Председатель Законодательного Собрания Ульяновской области

Быть или не быть детскому туризму? О его важности хорошо сказал наш замечательный путешественник Константин Мержоев.

Мне довелось работать начальником инспекции по делам несовершеннолетних одной маленькой южной республики, а потом и начальником Инспекции по делам несовершеннолетних Советского Союза. И я полностью согласен с коллегами, которые считают, что детский туризм, особенно палаточные лагеря, походы, жизнь на природе — важнейшая форма воспитания. Особенно трудных подростков. Именно на маршрутах воспитывается коллективизм, чувство плеча, чувство локтя, умение готовить, убирать за собой и многие другие качества, которые, к великому сожалению, сегодня не всегда прививаются дома, в семье.

Почему сегодня, имея 78 регламентов, тем не менее, мы допускаем трагические происшествия в организации детского отдыха? Да потому что нормативные документы создаются в условиях чрезвычайных происшествий. Именно об этом говорила Галина Степанова из Карелии. Как только ЧП произошло, так мы начинаем придумывать всякие препоны, обжёгшись на молоке, дуть на остывшую воду. Придумывать правила, которые невозможно выполнить.

Сегодня необходимо, может быть, под эгидой Комитета по образованию и науке, создать рабочую группу, в которой проанализировать все нормативные документы и подготовить общий. Выкинуть всё лишнее, всё, что мешает. Подготовить общий документ и утвердить его на уровне правительства Российской Федерации. Без этого мы не сдвинем воз с мёртвой точки.

Второй момент. Необходимо обязательно ввести специализацию. У себя в педагогическом университете мы на базе спортивного факультета ввели специализацию работы с туризмом. Мы эту работу ведём в рамках программы «Здоровый образ жизни». Наверное, в других регионах тоже есть такая программа, которая активно поддерживается Законодательным Собранием и многими депутатами.

Мы подготовили такую группу. Занимаемся на факультативе, готовим инструкторов по туризму, которые могут работать с детьми. Здесь большая роль принадлежит законодательным собраниям регионов, которые у себя на месте должны вырабатывать региональную нормативную базу. Прежде всего, привести в порядок и потом уже выносить её на федеральный уровень.

 

Лариса ТУТОВА

Спасибо всем, кто выступил на нашем круглом столе. Вы подняли очень важные темы. Это и неразбериха в понятиях, и в нормативной базе... Согласна, что новые нормативные документы должны работать на школу, на педагогов, в конечном итоге — на детей и на страну. Надо привлекать экспертов на стадии подготовки и утверждения нормативных документов. Надо учесть всё: и позицию чиновников, и аспекты подготовки кадров, и квалификацию людей, которые занимаются детским туризмом и экскурсионными маршрутами. Прошу передать ваши предложения и замечания, чтобы они вошли в резолюцию нашего круглого стола.

***

На круглом столе выступили также В. ЧЕНЦОВ, директор Белгородского областного центра детско-юношеского туризма и экскурсий; С. МЕНДЕЛЕВИЧ, руководитель комиссии по детско-юношескому туризму Общественного совета Ростуризма; Г. ЖУКОВ, заместитель директора по экскурсионно-массовой работе Камчатского дома детского и юношеского туризма и экскурсий; Л. КОЗЛОВА, заместитель директора департамента культуры Министерства культуры Тульской области; Н. ТВЕРСКАЯ, директор московской школы № 345 имени А. С. Пушкина; М. ГРИЦУН, директор ООО «Остров героев»; С. ШПИЛЬКО, президент Российского союза туриндустрии.

Круглый1

 

 

Повестка дня

ДЕТСКИЙ ТУРИЗМ: ПРОБЛЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ

Круглый стол

 

13 ноября 2017 года прошёл круглый стол, организованный Комитетом по образованию и науке Государственной Думы. Его тема: «Оптимизация государственного регулирования вопросов организации выездных мероприятий с обучающимися (туристско-краеведческой деятельности) — транспортное, медицинское обслуживание, обеспечение безопасности, финансовое и техническое обеспечение». Вела круглый стол заместитель председателя Комитета Лариса ТУТОВА. Выступили педагоги, организаторы детского туризма, представители министерств и ведомств. В проекте рекомендаций по итогам круглого стола Министерству образования и науки РФ предложено разработать регламент организации туристских походов, экскурсий и путешествий со школьниками и согласовать его со всеми заинтересованными участниками.

 

 

Лариса ТУТОВА

Заместитель председателя Комитета по образованию и науке Государственной Думы

Предмет нашего сегодняшнего разговора — детский туризм. Это экскурсионные программы, туристские и краеведческие мероприятия в рамках основных общеобразовательных и дополнительных образовательных программ.

Туристическая и краеведческая деятельность и учебные экскурсии имеют своей целью расширение кругозора наших учащихся, воспитание их в духе патриотизма, любви к природе, высокой морали, уважения к труду и к человеку труда. Когда ученик видит, слышит, осязает окружающий мир, он воспринимает его в более ярких, эмоциональных, насыщенных и запоминающихся образах. Это совершенно иное восприятие, нежели из учебников или учебных пособий во время урока.

Формирование экскурсионной деятельности в нашей стране связано с реформами образования. Именно в это время шёл спор между классическим и реальным образованием, полемизировали о том, нужны ли мероприятия, связанные с выходом на природу. Сторонники экскурсионной деятельности подчёркивали: чтобы развивать самостоятельность учащихся, надо обеспечивать связь обучения с практикой.

В начале XX века, что тоже связано с реформами образования, появляется такое явление, как городские экскурсии, и понятие «уроки-экскурсии». После Октябрьской революции наблюдается всплеск интереса к экскурсионному методу, и именно здесь на первое место выходит так называемая наглядность в преподавании предметов. Наиболее плодотворным явился период 1921–1926 годов. Именно в это время государство уделяет огромное внимание экскурсионной деятельности. В структуре Народного комиссариата просвещения были созданы три секции — школьная, внешкольная и художественная. Они и занимались подготовкой всех вопросов, связанных с экскурсионным движением. Были разработаны и регламенты. Например, в течение недели учащиеся должны были обязательно дважды совершить экскурсию, а в течение летних каникул надо было целый месяц посвятить экскурсионной деятельности.

В 1921 году появляются Центральный музейно-экскурсионный институт и Петроградский экскурсионный институт. Они занимались научными разработками по экскурсоведению.

После Великой Отечественной войны наблюдался всплеск экскурсионных поездок детей на сельскохозяйственное производство и промышленные предприятия. Такие экскурсии проводились с целью профориентации. Замечу, что это и сейчас актуально и востребовано. На начало перестройки приходится пик экскурсионных поездок. Ежегодно более 50 миллионов юных экскурсантов направлялись по самым разным маршрутам.

В настоящее время мы видим спад этой деятельности. Достаточно сказать, что с 2006 по 2016 год резко сократилась сеть учреждений дополнительного образования детей по направлениям туристско-краеведческой деятельности. Было 329 таких учреждений, осталось 177. А количество детей, которые занимаются в этих учреждениях, сократилось с 218 тысяч до 152 тысяч. Количество детей, принимающих участие в экскурсиях, с 2006 по 2016 год уменьшилось на миллион. Сократилось вдвое и количество детей, участвующих в походах. Я знаю, что каждый из вас сталкивается с множеством проблем при организации детского туризма, экскурсионных программ. Вот об этом и надо говорить: как оптимизировать регулирование организации выездных мероприятий, как решать вопросы, связанные с транспортом, с медицинским сопровождением, с обеспечением безопасности. Наконец, что делать для достаточного финансового и технического обеспечения детского туризма и экскурсионных программ.

 

Татьяна СИНЮГИНА

Заместитель министра образования и науки Российской Федерации

Не так давно мы с коллегами, с туристским активом Российской Федерации, собирались, чтобы обсудить основные направления, над которыми предстоит активно работать до начала туристского сезона.

Безусловно, мы все понимаем воспитательное значение туристско-краеведческой деятельности детей. Никого не надо убеждать, насколько это важно и нужно. Но Лариса Николаевна сказала в своём выступлении о сокращении численности учреждений туристской направленности, о сокращении количества участников этой работы.

Тут надо понимать, в каких реалиях мы сегодня существуем. И не учитывать эти обстоятельства, наверное, неразумно. Не совсем верно сравнивать ситуацию, в которой мы находились даже в начале 2000-х годов, с нынешним днём. Сравнивать, прежде всего, не по финансовым, кадровым ресурсам, а по тому, что с нашими детьми в настоящее время происходит. Не стану говорить об информатизации, о нагрузках в школе. Раньше этого тоже хватало. Но мы должны учитывать, что из детского восприятия, из самой системы, ушла активность и приверженность активному отдыху, которая существовала совсем недавно.

Надо честно сказать, что вернуть те позиции и результаты, о которых говорила Лариса Николаевна, у нас не получится, хотя мы должны действовать в этом направлении очень системно. Сокращение количества учреждений дополнительного образования туристско-экскурсионной направленности связано с серьёзной оптимизацией их деятельности. Профильные учреждения в большинстве случаев не ликвидированы, они объединились с многопрофильными. Направление осталось, но уже не как автономное, а в числе многопрофильных учреждений.

Каковы результаты объединения, насколько оно эффективно и правильно? Здесь нужно оценивать каждый конкретный случай, исходя из того, что было, и что после объединения получила система, конкретное учреждение и дети. Наша позиция такова. Прежде чем вынести решение на уровне субъекта Федерации об объединении профильного учреждения туристско-краеведческой направленности с каким-либо другим учреждением, нужно взвесить все за и против, очень чётко оценить последствия объединения, и самое главное, не допустить сокращения количества детей, которые в этих учреждениях занимаются.

Мы будем просить в субъектах Федерации, что при решении о необходимости объединения, перепрофилирования учреждений туристско-краеведческой направленности такое решение будет с нами обсуждаться, и мы вместе подумаем о целесообразности объединений.

За прошедший период сократилась численность детей, которые занимаются в кружках и объединениях. Сокращение это произошло, на наш взгляд, по объективным причинам. И они никоим образом не связаны с действующей нормативной базой или её отсутствием. Объективность ситуации, прежде всего, в том, что у нас значительно сократилось количество педагогов, которые занимаются организацией детского туризма. По сути, не осталось очень важного направления по обеспечению безопасности и подготовки экскурсий. Поэтому наш Федеральный центр детско-юношеского туризма и краеведения становится методическим центром, который будет оказывать помощь и поддержку. Мы наметили ряд мероприятий с субъектами Федерации, с региональными центрами и учреждениями дополнительного образования туристской направленности по развитию этого направления.

Определяющими являются несколько позиций. Первая — это доступность дополнительного образования. Вторая — массовость. Наконец, кадровое обеспечение и безопасность.

Остановлюсь на безопасности. Одним из сдерживающих факторов для родителей является, безусловно, безопасность ребёнка, когда он выходит на маршрут. И для нас это тоже очень важно. Поэтому мы понимаем, что, помимо нормативно-правового регулирования этих вопросов, должно быть очень чёткое понимание того, кто эти нормы на местах, в субъектах и в муниципалитетах, будет выполнять. Что надо сделать для этого в существующем правовом поле? Думаю, возродить нормальную работу маршрутно-квалификационных комиссий, которые сегодня в большинстве своём или существуют только на бумаге, или действуют формально. Необходимо повышать квалификацию и уровень специалистов, которые на этом направлении работают. Очень важен неформальный подход, когда мы говорим об обеспечении технической безопасности пребывания наших детей на маршрутах.

На заседании Национального координационного совета по детско-юношескому туризму, которое проходило у нас не так давно, коллеги поднимали вопрос медицинского обслуживания, сохранения жизни и здоровья детей. Это тоже одно из самых важных направлений. И мы сегодня с коллегами находимся в стадии выработки тех предложений, которые, на наш взгляд, позволят этот процесс запустить.

 

Семён ПЛАКСИН

Начальник отдела организации санитарного надзора по гигиене детей и подростков Роспотребнадзора

Для нас важно проведение мероприятий не только в палаточных туристских лагерях — стационарных, передвижных и так далее, но и походов, экскурсий различной направленности. Мы отмечаем увеличение таких мероприятий, особенно в каникулярный период. По нашим данным, в этом году прошло более 15 тысяч массовых мероприятий, в которых участвовало около 900 тысяч детей. Сюда вошло более 5,5 тысяч мероприятий культурно-творческой направленности с охватом порядка 330 тысяч детей. Состоялось около 5 тысяч мероприятий спортивной направленности, где участвовало 340 тысяч школьников. Прошло около 1300 походов с участием 42 тысяч детей и 3400 мероприятий иной направленности, где участвовало ещё около 150 тысяч детей.

Для нас важными были и поездки организованных групп детей за рубеж. По нашим оценкам, за границей в составе 162 организованных групп отдохнуло около 10 тысяч детей из 49 субъектов Федерации. В зарубежные страны выезжали около 6 тысяч детей в составе 68 организованных групп в рамках оздоровления. Более двух тысяч детей в составе 36 групп посетили спортивно-тренировочные сборы и мероприятия. Около тысячи детей съездили на различные творческие мероприятия и фестивали. Кроме того, около 400 детей побывали за рубежом на образовательных маршрутах и более 150 — в рамках обмена делегациями. Я не буду на этом останавливаться, статистику уже озвучили.

По палаточным лагерям, действительно, мы имеем динамику снижения по количеству и лагерей, и детей, которые там отдыхают. При подготовке к сезону в ходе надзорных мероприятий было выявлено пять лагерей, которые не вошли в региональный реестр, соответственно, не предоставили уведомлений о работе и открылись без разрешения. Наши специалисты не допустили эти лагеря к открытию. Кроме того, они в регионах обследовали более 450 гостиниц, где проживают дети, и более тысячи объектов питания.

В ходе проверок было выявлено более 3 тысяч нарушений требований санитарного законодательства по защите прав потребителей. Основные нарушения — в организации питания детей. На их долю пришлось около 40 процентов. Ещё примерно 35 процентов — нарушения санитарного режима, 14 процентов — условий размещения детей, 6 процентов — нарушения в организации водоснабжения. Ещё несколько нарушений — в материально-техническом состоянии и оборудовании лагерей.

Большой объём проверок вёлся лабораторным обследованием, с проведением инструментального контроля организации питания, водоснабжения и размещения, а также зон рекреации. Было отобрано более 3,5 тысячи проб воды из водоёмов, из центральной системы водоснабжения. Исследовались атмосферный воздух, готовая продукция питания и продукты.

К сожалению, в ходе надзорных мероприятий мы были вынуждены составлять протоколы за нарушение требований санитарного законодательства. Всего было составлено таких протоколов 834, и общая сумма административных штрафов в этом году составила более 13,5 миллиона рублей. От работы было отстранено 10 сотрудников палаточных лагерей.

 

Дмитрий МОРОЗОВ

Председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья

Всё, что мы обсуждаем, говоря сухим языком, это вопросы межведомственного взаимодействия. По большому счёту, можно прямо над нашим круглым столом вывесить фотографии семи нянек, которые следят за ребёночком. А наша задача, чтобы он не остался без глаза. Это, как вы понимаете, всегда очень сложно, потому что в условиях разделения ответственности мы как раз и имеем все проблемы.

Не только сегодня, но и вообще на подобного рода мероприятиях я слышу глаголы с возвратной частичкой «сь». Там прекратилось, там сократилось. А ведь не само оно прекратилось. Это мы сократили и прекратили. Каждый раз нужно понимать, чья это ответственность. Поэтому я уверен, что сегодняшний разговор, когда коллеги поделятся своими мыслями как практики, чрезвычайно важен. Это будет и основой совершенствования нормативно-правовой базы.

Я взял только самые главные документы, нормативные акты, приказы разных ведомств и министерств. Первое, на что обращаешь внимание, — их несогласованность. Соответствовать всем этим нормативным документам в реальной жизни не просто сложно, а невозможно. Глубоко убеждён, что мы должны выходить на очень простые, малостраничные документы, в которых обозначена основа дела. Иначе мы получаем проблемы с точки зрения законодательства, например, в здравоохранении.

Стоит задача обеспечить медицинскую помощь экскурсантам вне медицинской организации. Это само по себе противоречит 323-му закону «Об основах охраны здоровья граждан». Там речь идёт о том, что обеспечение медицинской деятельности вне медицинских организаций возможно в машине скорой помощи, на этапах медицинской эвакуации. А как помочь ребёнку в палаточном лагере или в дневном лагере, который организован в школе?

Мы проводили парламентские слушания, касающиеся вопросов, условно говоря, школьной медицины. Разбираясь с этой проблематикой, обратили внимание на невозможность реализации нормальных условий только потому, что нет гармонии между законами «Об образовании…» и «Об основах охраны здоровья граждан». Прописана, на мой взгляд, избыточная ответственность в части обеспечения здоровья детей, которую система образования просто не может на себя взять. Это с одной стороны. С другой стороны, избыточная регламентация со стороны здравоохранения, о которой я говорил.

Посмотрите на огромный перечень детских медицинских организаций, детских лагерей, различных экскурсионных групп! Везде разные условия работы. Надо прибавить ещё сезонные и климатические факторы. Как это всё регламентировать?

Недавно на заседании нашего Комитета мы сделали анализ медицинского обеспечения детского отдыха. В законе это называется оздоровлением. Но оздоровление — это не обеспечение медицинской помощью. Это создание таких условий, когда ребёнок получает всё, что дают солнце, воздух, вода, хорошее питание.

Мы проверяли работу летних лагерей, и многое вызывало просто изумление, начиная с лицензирования. Например, у лагеря для подростков лицензия по педиатрии, а в оборудовании — весы для новорождённых, которые буквально закатаны в перечень лицензии. В наших силах прекратить такую глупость и безобразие? Весы для новорождённых стоят 26 тысяч рублей. Кого взвешивать собрались? В другой лагерь каждый год приходят представители надзорных органов и составляют акты об отсутствии спасательной шлюпки, грозят штрафами. И каждый год, словно впервые, узнают, что в этом лагере нет водоёма и тонуть тут просто негде.

Ещё пример. Директор лагеря много лет закупает хорошие свежие продукты у соседнего фермера. Нельзя, говорят. Проводят конкурс на поставки, и побеждает фермер, у которого продукты не такого хорошего качества, но на три копейки дешевле. Теперь надо ездить к нему на другой конец района и жечь дорогое горючее.

Может, я излишне эмоционален, но как прикажете относиться к такому регламентированию?

Вернёмся к медицинскому обеспечению. Оно касается контроля физической культуры, формирования групп здоровья и много чего другого, но имеет решение всего лишь в присутствии медицинского работника в лагере. Так возьмите такого работника в штат либо заключите сезонный договор.

Я тридцать лет в медицине и знаю, как мои коллеги берут летом отпуск, чтобы поехать с ребёнком на море и устраиваются врачами в лагеря. Такая практика есть повсеместно. Другое дело, когда едешь с детьми куда-нибудь на волжский остров. Если ребёнка укусит змея, что делать? Тут и лодка нужна, и связь с берегом, чтобы скорая подъехала вовремя. Регламентирующих документов много, но они не могут предусмотреть всего, что случается в реальной жизни.

Возьмём хотя бы 363-й приказ Министерства здравоохранения 2012 года «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи несовершеннолетним в период оздоровления». Всё прописано, но положения документа не распространяются на палаточный лагерь. Врач по приказу возглавляет медицинский пункт с кабинетом врача и изолятором. В палаточном лагере, понятно, такого пункта нет. Врач должен уведомить об определённых инфекционных заболеваниях. Нет врача — нет уведомлений. Между тем уведомление, как полагают наши чиновники, — основная процедура организации отдыха.

Рекомендации по профилактике детского травматизма, обращаю внимание, коллеги, приняты в 1982 году. Это при наличии нескольких НИИ травматологии и ортопедии, кафедры детской хирургии и всего остального?

Наша задача — всем вместе прописать сквозной единый приказ. И то же самое касается школьной медицины. Не должен человек всё время искать нормативную базу, на какую ему ссылаться и, самое главное, определять главенство этих документов. Мол, здесь я поступаю по 323-му закону, а здесь — как сказано в Законе «Об образовании...». Знаете, кто «создаёт условия для оздоровления», а потом «считает несчастные случаи и делает анализ»? Педагог. А что делает в это время доктор? Он только бинт накладывает?

В законодательных актах написано: «К туристическому маршруту допускаются только здоровые дети». Это кто? Не имеющие острых заболеваний или, как там написано, туберкулёза в открытой форме? Или эпилепсии с часто повторяющимися приступами. А часто — это сколько? У нас половина детишек имеют астматические синдромы. Что с ними делать?

Поэтому, убеждён, нужен сквозной единый приказ. Нужны чёткие должностные инструкции. Нужна договорённость в уведомительном листе родителей, где прописано, на каких условиях они передают своего ребёночка нам, и где определены наши полномочия. Иначе семь нянек так и будут организовывать отдых детей.

(Аплодисменты).

 

Виктор ОМЕЛЬЧЕНКО

Заместитель директора Федерального центра детско-юношеского туризма

К сожалению, сегодня развитию детского туризма препятствует ряд системных проблем. И первая из них, на которой я остановлюсь, это запутанность и противоречивость подхода к пониманию самой сути туризма в целом и детского туризма в частности.

Остановлюсь преимущественно на вопросах активного туризма. Потому что активный и экскурсионный туризм имеют разные предметы регулирования.

В Российской Федерации регламентация активного туризма отражена в нормативных документах в сфере спорта, образования и туристских услуг, причём именно в такой последовательности. Это связано с тем, что наиболее распространённой формой активного туризма является поход, который может выступать и как одна из форм оказания туристской услуги, и как одна из форм осуществления спортивной и образовательной деятельности при реализации программ в области отдыха и оздоровления. То есть поход — это не услуга, это форма.

А каким будет её наполнение, зависит от того, какую деятельность мы осуществляем. Это первая проблема. В частности, в области спорта традиционно понимается спортивный туризм, который имеет 70-летнюю историю и регламентируется соответствующими правилами и регламентами. Это очень чёткий документ, где выделяются несколько этапов: подготовки маршрута, заполнения маршрутных документов, этап согласования с маршрутно-квалификационной комиссией. То есть в системе спортивного туризма предусмотрены достаточно чёткие и жёсткие требования к регламентации, выработанные десятилетиями туристских походов.

Ещё развивается туристско-краеведческая направленность в системе дополнительного образования. При организации походов применяются либо нормативные документы в сфере спорта, либо нормативные документы ведомственные, разработанные в начале 1990-х годов. И это позволяет системе образования в этом плане быть достаточно урегулированной.

А вот в отдыхе и оздоровлении проблем несколько больше, потому что специфической нормативно-правовой базы здесь нет. Организация отдыха и оздоровления регламентируется актами либо в сфере спорта, либо образования, либо туристских услуг. Причём туристские услуги — самая неурегулированная часть организации походной деятельности с детьми. Не случайно трагедия с детьми на Сямозере произошла именно в этом сегменте организации походов.

К сожалению, сейчас ситуация стала ещё хуже и запутаннее, что во многом связано с принятием 465-го федерального закона.

Поясню на примере. Согласно этому закону, в 132-й закон внесены изменения, согласно которым федеральный орган, а именно Минкульт России, устанавливает общие требования к туристским маршрутам для прохождения организованными группами детей и порядку организации их прохождения детьми, находящимися в организациях отдыха детей и их оздоровления, либо являющимися членами организованной группы туристов.

Первое противоречие данной статьи заключается в том, что частица «либо» здесь неприемлема, потому что дети, находящиеся в организациях отдыха и оздоровления детей и идущие в поход, уже туристы.

Следующее противоречие. Сферой 132-го закона является не туризм как социальное явление в целом, а непосредственно туристская деятельность, туристские услуги, которые являются лишь частью туризма. Туризм — это межотраслевое явление. Если ребёнок уехал на лечение в санаторий, то оно регламентируется, в первую очередь, законодательством о здравоохранении. Перемещение организованных групп детей в природной среде на соревнованиях регламентируется законом о спорте. А детский туризм?

Остановимся на одном термине — «туристский маршрут». Его законодательство трактует как путь следования туристов. Но в условиях даже одного похода путей может быть несколько — в зависимости от времени года, целей, состава группы, климатических условий. И когда в каком-то регионе разработано пять новых туристских маршрутов, это надо перевести на язык закона. Получится, разработано пять новых путей передвижения.

В настоящее время внесены два законопроекта, которые могут ещё больше запутать ситуацию. Один предусматривает наделение органов исполнительной власти в сфере отдыха и оздоровления детей правом утверждать списки рекомендуемых туристских маршрутов. Заметьте, в одном случае вопрос туристских маршрутов регламентируется 132-м законом, в другом случае предлагается 124-й. Опять противоречие. Специалисты в области активного туризма скажут: не бывает одинакового маршрута в зависимости от климатических условий, сезона, погоды. Рекомендуемый сегодня маршрут может быть нерекомендуемым завтра. И здесь возрастает роль квалификационной комиссии как экспертного органа. Нельзя утвердить маршрут, не являясь высококвалифицированным специалистом именно в этой области, иначе возникнут серьёзные риски для безопасности детей.

Может быть, стоит подумать о возвращении бытовавшего в советский период понятия «плановый маршрут»? Плановый — как объект инфраструктуры, чего мы не видим сегодня в программе развития внутреннего туризма. Речь идёт об инфраструктуре троп, инфраструктуре стоянок. И это из сферы безопасности. Так называемые национальные тропы активно развиваются в Европе, в тех же США, но у нас пока это остаётся за предметами регулирования.

Следующий законопроект ещё более интересен. Предлагается внести в 132-ФЗ понятие «экстремальный туризм». При этом туризмом пытаются назвать то, что таковым не является: виндсерфинг, дайвинг, рафтинг, скалолазание. Подобные услуги могут оказываться любому человеку, а не только туристу. В Европе большинство путешествующих по горным маршрутам являются местными жителями — это форма оздоровления. Полагаю, наш законопроект может ещё более запутать ситуацию. А такая запутанность в законодательстве на федеральном уровне ведёт к запутанности в ведомственных документах.

В августе 2017 года Минюст России зарегистрировал 511-й приказ Минкульта, устанавливающий общие требования к туристским маршрутам с участием организованных групп детей, которые, напомню, согласно одному из законопроектов, должны утверждать органы в сфере отдыха и оздоровления. Учитывая, что документ ведомственный, в первой статье данного приказа сразу указано, что он распространяется только на туроператоров и турагентов. Почему так? Потому что сфера применения в целом данного закона — это сфера туристских услуг. Мне уже звонили несколько директоров региональных центров детско-юношеского туризма. Оказывается, надзорные органы их уже «обрадовали»: готовьтесь, весной будем требовать от вас инструкторов-проводников. Но нет таких инструкторов в системе образования — здесь педагоги. А в системе спорта — тренеры.

Непонимание, прямо скажем, простых вещей на региональном уровне способно весной опять привести к хаотизации работы. Причём в системе образования и в системе спорта нынешние требования к педагогам и к тренерам гораздо жёстче, чем те, которые предлагается ввести в закон об основах туристской деятельности.

И здесь мы подошли ещё к одной злободневной проблеме — региональное видение регулирующих документов. Это противоречие на противоречии! Дмитрий Анатольевич Морозов говорил о первой помощи. В «Санитарно-эпидемиологических правилах и нормативах» применительно к палаточным лагерям употребляется термин «первая медицинская помощь». Причём эти правила приняты после закона о здравоохранении, а закон чётко разделяет: есть первая помощь, и есть медицинская помощь, частью которой является первичная медико-санитарная помощь. Так какой документ имеет в виду Роспотребнадзор, когда говорит о первой медицинской помощи?

Отдельно о перевозке детей автобусами. И здесь противоречие на противоречии. Зимой дети из Минска замерзали в городе Вязьма несколько часов. Им никто не дал автобус, потому что по регламенту на это должно уйти двое суток. Вызывали автобус из Беларуси. На моей памяти два сотрудника МВД дискутировали, что же подразумевает под собой порядок посадки детей в автобус, требуемый при организованной перевозке. Один говорил о том, что это порядок рассадки. Кто где сидит. А другой говорил: кто за кем сидит.

Есть судебный прецедент, когда были признаны неправомочными действия Роспотребнадзора, который предлагал распространить требования СанПиН к палаточным лагерям на мероприятие, которое таковым не является. Невольно возникает вопрос: может, вообще запретить активный туризм и уйти в одни экскурсии? Но этого делать категорически нельзя. Потому что активный туризм — это один из наиболее эффективных инструментов воспитания подрастающего поколения, причём воспитания человека-созидателя, в отличие от идеологии 1990-х, когда мы говорили о человеке-потребителе.

Россия огромная страна, и для многих её жителей нахождение в природной среде — не развлечение, а необходимость. Не умеющий ладить с природной средой житель Камчатки подвергает себя бóльшим рискам, нежели умеющий это делать.

Есть одно направление в активном туризме, поддерживаемое МЧС. Это «Школа безопасности». Сам смысл активного детского туризма заключается в умении правильно и безопасно находиться в природной среде. Сворачивание активного детского туризма идёт параллельно с ростом популярности таких экстремальных явлений, как руферство, лазание по крышам, зацепинг. Дети, которые не пошли в активный туризм, не пойдут на курсы кройки и шитья. Они уйдут в эти неконтролируемые сферы. А там большая степень риска и большая степень опасности.

Наша общая задача — сохранить и приумножить то, что уже 100 лет развивается. В будущем году исполняется 100 лет детскому туризму.

 

Юрий КОНСТАНТИНОВ

Президент Международной академии детско-юношеского туризма и краеведения

Хочу остановиться на нескольких моментах, так как в составе координационного совета я занимаюсь нормативно-правовой базой. В начале 1990-х годов вся нормативная база по детскому туризму и туристско-краеведческой деятельности была создана усилиями Федерального центра детско-юношеского туризма, и до сих пор не отменена. Самое интересное — 25 лет она действует. И позволила за эти годы добиться настоящей безопасности в организованном туризме системы образования.

Сегодня есть инструкция об организации походов и путешествий с учащимися по территории России. Она действует хорошо. Потому что первая такая инструкция была создана в 1952 году. И каждые 20 лет она в системе образования обновлялась. А сейчас нормативная база становится, мягко говоря, преградой на пути педагога. Для того чтобы сводить детей в многодневный поход, педагог должен собрать более 50 документов. Причём документов, ограничивающих всех и во всём. Мы ещё помним, как каждую субботу или воскресенье все московские вокзалы были забиты детьми с рюкзаками. Поход по Подмосковью — что может быть интереснее! За последние полгода я видел только одну детскую группу, которая ехала в поход.

Но ведь спортивные походы — это маленькая часть активного детского туризма. Самое главное, чтобы, обучаясь в школе, дети хотя бы на один день сходили в поход, выехали на экскурсию. А действующие документы ограничивают учителя. Надо, чтобы новые документы, которые сейчас будем готовить, работали на школу. Центры детского туризма занимаются походами и экскурсиями, а в школе этого нет.

Мы подготовили правила организации и проведения путешествий с организованными группами несовершеннолетних по территории Российской Федерации. Над ними работали все директора центров и станций юных туристов. Прошло множество обсуждений. Документы направили в Министерство образования и Министерство культуры. Не получили ни единого ответа. Это было, повторюсь, три года назад. В нынешнем году снова обратились, в министерствах образования и культуры сказали, что готовы работать с этим документом.

Я вижу, что в наших рекомендациях записано: «Министерству образования рассмотреть документ». Но документ должно рассмотреть не Министерство образования. Это межведомственный документ. Все несчастные случаи, которые происходят в походах и на экскурсиях, находятся вне нормативного поля образования. Это коммерческие проекты, и ведут их коммерческие структуры. А детским туризмом занимаются сейчас и церковь, и МЧС, и Минобороны. Значит, должен быть межведомственный документ.

Его надо утверждать на уровне правительства, и тогда мы снимаем много очень вопросов. И Минздрав будет работать в рамках документа. В его проекте расписано всё: организация экскурсий, организация прогулок, потому что это тоже вид детской туристской деятельности. Это основной документ, и есть много сопутствующих. Об отчётности по проведённым походам и путешествиям, например. Мне стыдно, когда я должен детям говорить: собирайте в универсаме квитанции и чеки. Ведь чтобы отчитаться за то, что деньги потрачены на детей, по нынешним требованиям, я должен предъявлять такие квитанции.

Мы ставим вопрос так: если бюджет выделил средства на организацию детского мероприятия, то руководитель отчитывается за бюджетные ассигнования перед государством, а дальше — перед родителями, которые выделяют деньги для детей. А по форме отчётности руководитель и родители всегда сумеют договориться.

Много документов, которые надо пересматривать. Ведь каждое министерство и ведомство считает, что у него семь пядей во лбу и оно может всё предусмотреть. Поэтому намного сложнее отменить уже принятый документ, чем принять участие в разработке на стадии его подготовки. В этом году утверждено положение о палаточном лагере, где записано: надо иметь специальное разрешение, в скобочках — лицензию, на его организацию. Надо ли школе, у которой в уставе и так записано «дополнительное образование», получать лицензию, чтобы открыть лагерь? Если здесь не изменить ситуацию, то летом получим закрытие школьных лагерей.

Вот наше предложение: когда готовятся подобные документы, надо привлекать профессионалов, которые видят все подводные камни.

 

Галина СТЕПАНОВА

Директор республиканского Центра детского и юношеского туризма Республики Карелия

Мне пришлось в прошлом году, к сожалению, быть тем самым кризисным менеджером, который закрывал проблемный лагерь на Сямозере, который здесь неоднократно упоминался. Всё там случилось в результате межведомственной пустоты. Коммерсанты применяли наши технологии. Как директор государственного учреждения я на протяжении тридцати лет применяю такие технологии организации образовательного спортивного туризма на водных объектах. А у нас их очень много в Карелии. В то же время организаторы лагеря не имели никакой лицензии, ни в каком реестре не стояли. Вот этот вакуум, межведомственная пустота создали страшную ситуацию.

К сожалению, наши государственные структуры перепугались этого прошлогоднего случая. И сделали выводы. Межведомственная комиссия в этом году издала приказ об организации всех лагерей на основании актов, то есть только в том районе, где собираются открыть лагерь. Только по этим актам должна приниматься лагерная программа. Межведомственная комиссия создала акт на 11 листах, где освещено 200 вопросов. Я теперь должна написать, как кварцую территорию, на которой дети проживают, какие у меня шкафчики, какие условия для санитарной обработки посуды и санитарной обработки сотрудников. Хочется спросить: дети тогда утонули, потому что их не кварцевали?

А мы работали всегда в советское время и теперь работаем по маршрутным книжкам МЧС, по ученическим и учрежденческим документам, необходимым для того, чтобы группа пошла в поход.

Нас в этом году контролирует даже статистика. Она порекомендовала, например, правильное количество педагогов на лагерь. Мне предложили показать пляжи на маршруте. Это на реках в Карелии. То есть ситуация настолько обострилась, что каждый говорит: я не хочу сидеть за чужой лагерь. А полицейские довольны. Один мне прямо сказал: вы нам такой бальзам на душу пролили, когда в приказе написали, что руководитель похода отвечает за жизнь и здоровье детей.

С таким бальзамом в этом году в лагерях Карелии отдохнуло самое минимальное количество детей за всю нашу историю. Но появился и положительный момент. Ещё я много лет являюсь председателем Маршрутно-квалификационной комиссии (и взрослой, и детской одновременно). Все знают, что нужно выходить на маршруты с оформленными документами. Ко мне после трагедии на Сямозере стали приходить все коммерческие структуры и только после этого выпускаться на маршруты. До этого я двадцать пять лет пыталась работать с коммерческими структурами, чтобы они оформляли документы правильно, потому что работают в активной среде. Ведь есть маршруты с порогами. Но они никогда не заявлялись на такие маршруты. А проводники были просто инструкторами выходного дня. Отсюда и трагедия на Сямозере. Теперь ситуация меняется.

Но педагогов моих, которые работают с детьми, иногда просто не пускают в школы. Даже если мы договорились провести массовый поход выходного дня со сдачей норм ГТО, директор накануне звонит: «Галина Ивановна, я вас не пущу на порог. Мне запретила администрация района». Чиновники стараются прикрыть только себя. Они прямо говорят: мы учились на то, чтобы вас контролировать.

О нормативной базе. Мы работаем по инструкции 1992 года, она всех устраивает. Даже когда меня вызывали в Следственный комитет, я привозила наши документы, и они правоохранителей устраивают. Более того, они советовали вносить в регламенты наши предложения, чтобы они стали узаконенными для всех. То есть основная наша задача — сконцентрировать все наработки, чтобы они были узаконены и действовали не только в государственных образовательных учреждениях, но и в коммерческих структурах, которые занимаются детским туризмом. Иначе разобщённость погубит. Единая нормативная база крайне нужна.

 

Константин МЕРЖОЕВ

Директор Центра туризма и экскурсий Краснодарского края

Наша основная проблема — кадровая. Мы сломали советскую систему, и я не понимаю, почему не взять из неё полностью всю законодательную базу о туризме. Раньше была одна структура, которая занималась всеми этими делами: профсоюзы, которые отвечали за всё и всё решали. Туда входили плановые дела и самодеятельные. Очень правильно говорили, что должно быть разделение планового туризма и самодеятельного. Но всем этим занимались подготовленные кадры.

Их сегодня нужно готовить. Если брать Краснодарский край, то мы над этим работаем давно и довольно плодотворно. Сегодня мы сняли, так сказать, кадровый голод на инструкторов и проводников в половине школ. А у нас их 1200 с лишним плюс образовательные учреждения — всего полторы тысячи. Около 700 с лишним человек сегодня работают на территориях муниципальных образований. И работаем во многом мы по той системе детско-юношеского туризма, которая была утверждена в советские времена.

Ответственно могу сказать, что это очень жёсткие правила, которых сегодня нет ни в одной сфере. Но почему-то нас всё время тычут носом, когда нарушают правила люди, которые не должны заниматься детским туризмом. Это они очень часто, грубо говоря, запихивают детей в лодки и банально зарабатывают деньги. А специалистам говорят: нет, ты не имеешь права работать инструктором по таким и таким пунктам.

Я давно работаю как чиновник и могу сказать одно: чем больше мы регулируем систему, тем больше людей уходит в тень. Теперь вопрос: если образовательной организации давать лицензию на образовательную деятельность, то имеет ли она право готовить туристские кадры? Имею в виду преподавательский состав. Любой техникум, любое училище, институт могут, в принципе, выпускать инструктора, проводника, потому что у них это есть в лицензии. Но вот этого категорически делать нельзя! Почему? Потому что специалистам не могут преподавать неспециалисты.

А специалисты, чаще всего, сидят у нас в таких местах, как Федерация спортивного туризма. Плюс ведомственные организации, которые давно занимаются туризмом, которые брали полномочия на все дела и ведут давно эту деятельность.

Таких специалистов надо собирать и готовить. В советское время существовали институты повышения квалификации туризма. Их было, если не ошибаюсь, около десятка по всей стране. Они были по регионам закреплены, районированы. И у нас в Краснодаре была такая структура. Сейчас даже здания не сохранилось.

Так вот, к нам съезжались со всех южных регионов. Специалистов готовили, начиная от экскурсоводов и заканчивая инструкторами и проводниками. Эту единую систему нужно, с моей точки зрения, быстрее восстановить, потому что, если будет каждый заниматься, чем хочет, то нормального детского туризма не получится. И как бы мы ни пытались всё регулировать, это будет бесполезно.

Роль образовательных организаций в развитии детского туризма сокращается. Потому что на местах, в районных центрах им многое запрещают. Не потому что такие запреты законны, а просто потому, чтобы не было лишней головной боли. Доходит до абсурда. Не все педагоги борцы, вот в чём вопрос. Да в принципе школьный учитель, который занимается экскурсиями, и не должен быть бойцом. Он не должен знать миллион законов, постановлений и всего остального. Он должен работать, воспитывать детей.

Мы проводим экспедиции с детьми. Два месяца экспедиция идёт, наша «Кубанская кругосветка» с элементами третьей и четвёртой категории сложности. Если бы видели этих детей до экспедиции и после! Их родители не узнают. У меня были проблемные дети. Один отец привёл сына и говорит: не знаю, что с ним делать. А через два месяца, после кругосветки, сказал: я даже не представлял, что возможны такие изменения. Я говорю не только о выработке характера, об укреплении здоровья — дети в таких походах открывают целый мир, становятся гражданами своего края и своей земли.

И ещё один аспект. Спортсмены первого разряда, кандидаты в мастера спорта в спортивном туризме, это всё люди, которые могут служить в спецподразделениях. Такие люди могут выживать в любых условиях. У нас был один трагический случай. В горах погиб офицер, просто замёрз. То есть воевать умел, а выживать — нет. Теперь вы должны понимать, насколько важен туризм. Мы начинаем воспитывать сильных людей. Сильных и телом, и духом.

У нас никогда не будет заниматься тот, кто сидит часами за гаджетами. Это не его дело. Но дети, которые занимаются туризмом, потом будут поддерживать обороноспособность страны. Связь тут самая прямая. И если взглянуть на проблему под таким углом, то можно прямо заявить: детский туризм — дело государственной важности. Кроме того, давайте вспомним, что в нашей большой стране случаются с регулярной периодичностью то наводнения, то смерчи, то пожары. В спасательных и поисковых операциях всегда участвуют подготовленные люди. Подготовленные где? Не только в казармах и специальных лагерях. Путь в спасатели для некоторых начинался с детского туристского маршрута. И чем больше будет подготовленных, закалённых людей, тем лучше. И для детей, и для общества. Вообще, подготовку здорового поколения в нашей стране надо ставить на поток. На стадионах, на лыжне, на спортплощадках. И на туристском маршруте тоже!

В будущем году, как здесь уже говорили, исполняется сто лет дополнительного образования. А началось оно, напомню, с организации туристского бюро.

 

Анатолий БАКАЕВ

Председатель Законодательного Собрания Ульяновской области

Быть или не быть детскому туризму? О его важности хорошо сказал наш замечательный путешественник Константин Мержоев.

Мне довелось работать начальником инспекции по делам несовершеннолетних одной маленькой южной республики, а потом и начальником Инспекции по делам несовершеннолетних Советского Союза. И я полностью согласен с коллегами, которые считают, что детский туризм, особенно палаточные лагеря, походы, жизнь на природе — важнейшая форма воспитания. Особенно трудных подростков. Именно на маршрутах воспитывается коллективизм, чувство плеча, чувство локтя, умение готовить, убирать за собой и многие другие качества, которые, к великому сожалению, сегодня не всегда прививаются дома, в семье.

Почему сегодня, имея 78 регламентов, тем не менее, мы допускаем трагические происшествия в организации детского отдыха? Да потому что нормативные документы создаются в условиях чрезвычайных происшествий. Именно об этом говорила Галина Степанова из Карелии. Как только ЧП произошло, так мы начинаем придумывать всякие препоны, обжёгшись на молоке, дуть на остывшую воду. Придумывать правила, которые невозможно выполнить.

Сегодня необходимо, может быть, под эгидой Комитета по образованию и науке, создать рабочую группу, в которой проанализировать все нормативные документы и подготовить общий. Выкинуть всё лишнее, всё, что мешает. Подготовить общий документ и утвердить его на уровне правительства Российской Федерации. Без этого мы не сдвинем воз с мёртвой точки.

Второй момент. Необходимо обязательно ввести специализацию. У себя в педагогическом университете мы на базе спортивного факультета ввели специализацию работы с туризмом. Мы эту работу ведём в рамках программы «Здоровый образ жизни». Наверное, в других регионах тоже есть такая программа, которая активно поддерживается Законодательным Собранием и многими депутатами.

Мы подготовили такую группу. Занимаемся на факультативе, готовим инструкторов по туризму, которые могут работать с детьми. Здесь большая роль принадлежит законодательным собраниям регионов, которые у себя на месте должны вырабатывать региональную нормативную базу. Прежде всего, привести в порядок и потом уже выносить её на федеральный уровень.

 

Лариса ТУТОВА

Спасибо всем, кто выступил на нашем круглом столе. Вы подняли очень важные темы. Это и неразбериха в понятиях, и в нормативной базе... Согласна, что новые нормативные документы должны работать на школу, на педагогов, в конечном итоге — на детей и на страну. Надо привлекать экспертов на стадии подготовки и утверждения нормативных документов. Надо учесть всё: и позицию чиновников, и аспекты подготовки кадров, и квалификацию людей, которые занимаются детским туризмом и экскурсионными маршрутами. Прошу передать ваши предложения и замечания, чтобы они вошли в резолюцию нашего круглого стола.

***

На круглом столе выступили также В. ЧЕНЦОВ, директор Белгородского областного центра детско-юношеского туризма и экскурсий; С. МЕНДЕЛЕВИЧ, руководитель комиссии по детско-юношескому туризму Общественного совета Ростуризма; Г. ЖУКОВ, заместитель директора по экскурсионно-массовой работе Камчатского дома детского и юношеского туризма и экскурсий; Л. КОЗЛОВА, заместитель директора департамента культуры Министерства культуры Тульской области; Н. ТВЕРСКАЯ, директор московской школы № 345 имени А. С. Пушкина; М. ГРИЦУН, директор ООО «Остров героев»; С. ШПИЛЬКО, президент Российского союза туриндустрии.

 

Журнал "Стратегия России", январь, 2018 год

Написать об этом в Вконтакте Написать об этом в Facebook Написать об этом в Twitter Написать об этом в LiveJournal